Клевер
добросердечная как ржавый вагон
- В "Синей Бороде" вы взяли известнейшую сказку и сделали из нее роман. Нечто напоминающее эту операцию сделала в 1979 году английская писательница Анжела Картер, которая в книге "Кровавая комната" переписала некоторые самые знаменитые сказки, подчеркивая самые их ужасные стороны. Почему такой выбор?
- Сказки - часть нашей культуры, их знают все, это их огромное преимущество. Даже моя культура начала формироваться благодаря сказкам: мне было три года, когда мама начала читать их мне, не пропуская ни одной. И сказка о синей бороде всегда была моей любимой, хотя я не знаю, почему: может быть, из-за всех этих ужасных образов, таких как окровавленный ключ, она была особенно ужасающей, и потому безумно меня очаровала. В 13 лет я прочитала версию Шарля Перро и была возмущена: мне казалось, что наказание, которому подверг автор своего персонажа, было совершенно несправедливым. Я в те годы была уверена, что Синяя Борода был прав, и что я на его месте, возможно, также убила всех этих женщин. С годами я стала спокойнее, вместо того, чтобы убить, я бы теперь от них отреклась. Меня раздражает в них то, что они абсолютные дуры. Они не только по глупости нарушили приказ, но и попав в западню, даже не смогли этого понять самостоятельно. В общем, я хотела рассказать эту очаровательную историю справедливо по отношению к ее главному герою. Он монстр, да, но он также симпатичен. Он очарователен, эту его сторону сказка Перро не показала, но если б он не был таким, то все эти женщины не попали бы в его ловушку.
- Ваш Синяя Борода и правда симпатичный, соблазнительный, он завоевывает. Но в длинных диалогах с Сатурниной он в результате оказывается более слабым. Он соблазнил Сатурнину, это верно, но в то же время именно она держит поводья в их странных отношениях. Вы хотели показать таким образом переворот женских и мужских ролей?
- К сожалению, да. Я говорю "К сожалению", потому что если если мне пришлось сделать операцию такого рода в литературном плане, нужно, чтобы победило эротическое счастье.
- То есть, все жили бы долго и счастливо.
- Как в сказке, вот именно.
Центральная тема - также тема тайны. И сегодня секреты, из-за скандальной прессы, а так же из-за интернета и социальных сетей, все труднее скрывать. Это не первый раз, когда вы подходите к экстремально актуальной теме в эру оцифровки любым способом: например, в "Кодексе принца" вы говорили о смене идентичности.
- И это парадоксально, потому что это правда, что я говорю об очень актуальных темах, но я сама - наименее актуальный человек в мире! Не только у меня нет компьютера, но я даже не знаю, как он функционирует, не знаю как использовать интернет. Я понимаю, что это вина моей полной неспособности к технологиям, но я не доверяю интернету. Конечно, я знаю, что это полезнейший инструмент, особенно в недемократических странах, таких как Китай, где он служит главным двигателем свободы. Но меня он пугает, потому что это как не иметь право на секреты. И, возможно, вопрос таков: как цивилизовать интернет?
- Но как вам удалось жить и работать в Японии, если вы настолько не разбираетесь в технологиях?
- Это был 1990, и тогда это было еще возможно. Но в "Страхе и трепете", романе о моем ужасном опыте в Токио, я не рассказала одну вещь: когда в офисе меня заставили использовать японский процессор Ворд, невероятно, но я оказалась способна это сделать, даже не имея понятия, как он функционирует. Но в этой книге я хотела рассказать только катастрофы, а не победы. читать дальше
La Repubblica (Ed. Firenze) 12/04/2013
Перевод с итальянского мой. Перевожу как умею.